На главную

Психологические механизмы половой социализации




Психосексуальное развитие — результат половой социализации, в ходе которой индивид усваивает определенную половую роль и правила сексуального поведения (Кон И. С, 1988). Психологические механизмы половой социализации и формирования половой идентичности (осознания своей половой принадлежности) изучены слабо. Здесь существует несколько теорий.

I. Теория идентификации, уходящая корнями в психоанализ, подчеркивает роль эмоций и подражания. Считается, что ребенок бессознательно имитирует поведение взрослых представителей своего пола, место которых он хочет занять (Кон И. С, 1981). Главное возражение
против теории идентификации — неопределенность ее основного понятия, которое обозначает и уподобление себя другому, и подражание, и отождествление с другими. Кроме того, поведение детей не всегда основано на подражании поведению взрослых: например, однополые
мальчишеские компании возникают явно не от того, что мальчики видят, как их отцы избегают женского общества.

II. Теория половой типизации, опирающаяся на теорию социального научения, придает решающее значение механизмам психического подкрепления: родители и другие люди поощряют мальчиков за маскулинное поведение и осуждают их, когда те ведут себя «женственно»;
девочки получают положительное подкрепление за фемининное поведение и осуждаются за маскулинное (Mischel W., 1966). Теорию половой типизации упрекают в механистичности, с ее позиций трудно объяснить появление многочисленных и не зависящих от воспитания индивидуальных вариаций и отклонений от половых стереотипов. Многие стереотипные маскулинные и фемининные реакции складываются стихийно, независимо от обучения и поощрения и даже вопреки им.

III. Теория самокатегоризации, опирающаяся на когнитивно-генетическую теорию, подчеркивает познавательную сторону этого процесса и особенно значение самосознания: ребенок сначала усваивает представление о половой идентичности, о том, что значит быть мужчиной или женщиной, затем определяет себя как мальчика или девочку и после этого старается сообразовать свое поведение с тем, что кажется ему соответствующим такому поведению. Уязвимое звено этой теории в том, что полоролевая дифференциация поведения начинается у детей гораздо раньше, чем у них складывается устойчивое сознание своей половой идентичности.

В свете теории половой типизации ребенок мог бы сказать: «Я люблю получать поощрения: меня поощряют, когда я делаю «мальчиковые» вещи: поэтому я хочу быть «мальчиком», а в свете теории самокатегоризации: «Я мальчик, поэтому я хочу делать «мальчиковые» вещи и такое поведение доставляет мне удовольствие».

Вероятно, эти теории нужно считать не столько альтернативными, сколько взаимодополняющими. Они описывают процесс половой социализации с разных точек зрения: теория половой типизации — с точки зрения воспитателей, теория самокатегоризации — с точки зрения ребенка.

IV. Существует подход, рассматривающий процесс половой социализации как аналогичный усвоению языка или любой другой системы правил (половая роль не что иное, как некое правило) (Constantinople А., 1979).

V. Стадиальная теория подчеркивает не собственный механизм половой дифференциации сознания, а закономерности ее развития во времени, по этапам:

· усвоение стандартов социального поведения;
· обучение полоспецифическому поведению;
· сопоставление себя с другими людьми;
· осознание необратимости своего пола и следование «правилам пола» уже по внутренним, интериоризованным, а не внешним мотивам.


Считается, что развитие «тендерных схем» (Levy G. D.,Carter, D. В., 1989), обусловленных полом социокультурных норм и/или стереотипов, отчасти представляет собой следствие уровня когнитивного развития ребенка, отчасти — результат влияния отдельных сторон культуры, которые ребенок может наблюдать. Частью тендерных схем является представление о половой идентичности, которое в определенной последовательности развивается у ребенка на протяжении первых 7—8 лет его жизни. Дети начинают называть себя «мальчиком» или «девочкой» в очень раннем возрасте. Однако они еще не понимают, что будут оставаться мужчинами и женщинами всю свою жизнь и что пол нельзя изменить как одежду, прическу или род занятий. Дошкольник вполне может поинтересоваться у своего отца, кем тот был в детстве — мальчиком или девочкой. К 6—7 годам большинство уже не делает подобных ошибок. Дети достигают ступени, которую можно охарактеризовать как константность пола (Stangor C, Ruble D. N., 1987).

В последние годы чаще используется термин «тендерная социализация». Используется также понятие «тендерная роль», означающее набор ожидаемых образцов поведения для мужчин и женщин. Считается, что культурные ожидания формируют наши представления о том, как должны вести себя мужчина и женщина (Майерс Д., 1999). Автор утверждает: «Можно сказать, что тендерная социализация дает девочкам «корни», а мальчикам «крылья». За последние полстолетия в детских книгах, удостоенных премии Кадцекотта (Caldecott Award books), девочки в четыре раза чаще мальчиков изображались как использующие предметы домашней утвари (швабры, швейные иголки, кастрюли и сковородки), а мальчики в пять раз чаще девочек пользовались инструментами (такими, как плуг, вилы, оружие) (Crabb and Bielawski, 1994). Авторы считают это причиной того, что «повсеместно, как сообщает ООН (1991), женщины выполняют большую часть домашней работы» (Майерс Д., 1999, с. 259).

С другой стороны, существуют и культуральные различия, обусловленные, в частности, особенностями исторического развития разных стран за последние десятилетия. Так, если проанализировать отечественную детскую литературу и кинофильмы начиная от послевоенных десятилетий до конца 1980-х годов, то можно выявить определенную тендерную закономерность. Девочки-школьницы почти повсеместно показаны как более успешные в учебе, более ответственные и социально адаптированные. К тому же в Советской России существовал сложившийся литературный стереотип: девочка-отличница, опекающая ровесника-мальчика в учебе (иногда против его желания), в то время как противоположное сочетание (мальчик, который учится лучше и помогает слабоуспевающей в учебе однокласснице) можно расценивать как исключительный случай.

С. В. Ковалев (1989) говорит о стадиях, в которых проявления внутренне присущей человеку способности любить выражены особенно сильно. Это возраст около 3 лет, когда ребенку вдруг начинает очень нравиться мальчик или девочка (строго по признаку определенного пола!) одного с ним или более старшего (что более свойственно девочкам) возраста.

Это младший школьный возраст (7—8 лет), когда полудетская влюбленность проявляется во взаимной нежности и жалости.

Это подростковый возраст (12-13), когда чувство к человеку противоположного пола находит свое выражение в возрастающей тяге к общению, жадном интересе к объекту любви и своеобразном фетишизме (когда особо привлекает какой-то один компонент внешности, например волосы или нога).

Юношеский возраст (15—17 лет), когда обусловленная социальной ситуацией развития привязанность юношей и девушек друг к другу носит уже почти совсем «взрослый» характер, ибо основывается на тяге к глубокой личной интимности, стремлении познать личность «объекта» любви.

Различные авторы (Колесов Д. В., Сельверова Н. Б., 1982; Ковалев С. В., 1989; Дементьева И. Ф., 1991; Сысенко В. А, 1981; Каган В. Е., 1991) подчеркивают роль полового воспитания.


Copyright © 2011 myfamilypsychology.ru | Семейная психология